30 апреля, день первый, Будапешт
Что сказать, я так давно хотела поехать в Будапешт, так давно мечтала о путешествии на мотоциклах, и наконец все срослось. Но я, дуреха, пока не прочухала, какое счастье мне привалило. Самым значительным впечатлением за сегодня было мое бегство с работы. Я долго договаривалась с совестью, отчаянно палилась, придумывала отговорки, которые казались мне наиболее правдоподобными, забыла про свой план начать казаться больной за несколько дней - и все равно прибегла к классике. Ах, легкое недомогание, а завтра в путь, я сегодня, наверное, возьму дей-офф. Ну простите, ребята, я знаю, что это нехорошо. Но надо было меня подобру-поздорову отпускать. В конце концов, всего на день раньше.
В итоге прилетела, съела суп-гуляш (еще нужно непременно паприкаш и горошек мозговой, на этом мои познания относительно венгерский кухни оканчиваются ), дождалась отважных мотопутешественников и уснула. Трехчасовой сон и треволнения последних суток дали о себе знать. А теперь я снова их жду, и идем веселиться! В конце концов, слоган нашего путешествия - чревоугодие и пьянство. Все, как я люблю.
И да, окраины Будапешта вполне себе социалисические. Куцые панельки, тралики, икарусы с гармошкой. Да-да, мне бы лучше восхищаться самобытностью и живописной легкой разрухой архитектуры Будапешта центрального, но, ей-богу, ехала я за зданием парламента и совдепией. Всегда хотела побывать в совлагере! Это что, такая извращенная форма патриотизма, что ли?
Завтра у венгров, как у всех нормальных людей, первомай и четыре выходных впереди, и они бухают. А бухают венгры со вкусом. В центре тянутся кварталы пабов, пабы, пабы, пабы. Из открытых дверей несутся музыки, рядом толпы курящих. Внутри курить не принято. И толпы подвыпивших мигрантов из паба в паб. Говорят, тут веселье и в будни. Единственная засада - мало где принимают карточки. Впрочем, сейчас час ночи, а толпа уже потихоньку рассасывается.
А сами венгры те еще цыгане. Чернявые такие и говорят непонятно, знакомые слова искать в их речи бесполезно. Мои друзья от меня сбежали, нашла новых и еще новых, с ними и напьюсь. Мне очень нравится, что ко мне походят люди, заговаривают. И я могу подойти к любому, спросить что-то, улыбнуться - и вот мы уже приятели. Наверное, придут времена, когда меня перестанут воспринимать не всерьез, мне будет тридцать или тридцать пять, и я буду важной, и никто не захочет со мной просто так вот поболтать на улице, а потом выпить и потанцевать. Впрочем, тогда я об этом и подумаю. Сказали, что я похожа на венгерку. Непосредственность южан и простота совлагеря.
1 мая, день второй, Будапешт
Венгры, вроде бы, нормальные люди без лишней навязчивой приветливости и без угрюмости, но мне они не нравятся. Не слишком красивые, не очень ухоженные. Юноши любят забривать виски или всю голову по кругу, оставляя волосы только на макушке. Цыгане, чо.
Сегодня я сделала гастрономическую программу максимум - горошек мозговой и паприкаш. Паприкаш оказался большим блином, сложенным пополам подобно чебуреку, внутри которого кусочки мяса с каким-то соусом. А я думала, это что-то овощное, из перчиков. Вкусно, но весьма питательно, справиться в один присест невозможно - много. Пили местную водку - палинку. Она, оказывается, с разными вкусами бывает: вишневым, виноградным, еще каким-то. Почему только русская водка не обладает никаким выраженным вкусом, кроме спиртного? Это же фу.
Объелись, напились и пошли на первомай - у них сегодня формула один, авиашоу, регата. Везде опоздали, протопали двенадцать километров в надежде попасть на концерт Кустурицы - оказалось, что пришли рано. Поехали в загородный парк, тут аттракционы, разнообразный уличный общепит и тоже концерт. Был венгерский школьный рок, венгерский рэп, а теперь, вот венгерский Animal Sound System. Со сцены блондинка поет елейным и капризным голосом под танцевальный бит, гитару и синтезатор. Модно, современно, энергически. Миха бы оценил. А мне, вот, не очень. Лучше бы пошли на Кустурицу. А еще сегодня холодно. Стою у жаровни греюсь. Они раскатывают тесто, режут на полоски и оборачивают спиралькой его вокруг специального деревянного валика с вертелом внутри, потом жарят и посыпают сахарной пудрой, сухарями и кунжутом. Купить для приличия такой печеный цилиндр я не могу: можно расплатиться евро, но сдачу все равно дадут в местных тугриках. Что мне с ними делать? Завтра уже едем в Загреб. Еще они режут картошку спиралькой и продают эти спиралевидные чипсы прямо на палочке.
Прошвырнулись вечером по городу, заехали на гору с цитаделью, оттуда видна дивная панорама. Потом поехали смотреть на здание парламента. Я так и знала, что в жизни оно прекраснее, чем на открытках. На открытках оно смотрится пошловато, в жизни - чудесно! Но ровно в час Будапешт переключается на режим энергосбережения, подсветку достопримечательностей выключают. На здании парламента осталась одна нитка лампочек. А я так хотела его порассматривать подольше! Я ведь за ним-то и ехала. Как еще венгры умудрились устроить сегодня авиашоу, если настолько бедны?
Поехали смотреть на него вблизи. Удивительный, все же, город Будапешт. Цыгане цыганами, а архитектура у венгров стопроцентно европейская. Красиво. Набережные Дуная и легкий флер разрушения делает город похожим на Петербург. Когда-то, когда я еще не бывала за границей, мне казался Питер самым красвым городом на земле. Теперь мне достоверно известно, что чудесных городов в мире не счесть, куда бы я ни приезжала, везде ждет что-то прекрасное и удивительное. Но Будапешт - особая история. Он как женщина с загадкой, что так привлекает мужчин. У него такой богатый и совершенно европейский бэкграунд, славное прошлое сильной и крупной европейской империи, он был основан свирепыми и дикими гуннами, пережил королей и революцию, пережил войну, бомбежки, советскую оккупацию, теперь в его живописных псевдоготических стенах гнездится мадьярская цыганщина. Как все это уживается вместе? Наверное, столь же удивителен и загадочен Петербург, где строгие английские набережные соседствуют с развалюхами Грибанала, по которым клубятся одновременно высокохудожественные и развязные петербуржцы. В Петербург можно ездить бесконечно, душа там отдыхает и трудится одновременно. Нет, Будапешт меня не пленил, не заставил сердце биться, но вернуться сюда мне когда-нибудь придется. Эту загадку надо разгадать.
Что сказать, я так давно хотела поехать в Будапешт, так давно мечтала о путешествии на мотоциклах, и наконец все срослось. Но я, дуреха, пока не прочухала, какое счастье мне привалило. Самым значительным впечатлением за сегодня было мое бегство с работы. Я долго договаривалась с совестью, отчаянно палилась, придумывала отговорки, которые казались мне наиболее правдоподобными, забыла про свой план начать казаться больной за несколько дней - и все равно прибегла к классике. Ах, легкое недомогание, а завтра в путь, я сегодня, наверное, возьму дей-офф. Ну простите, ребята, я знаю, что это нехорошо. Но надо было меня подобру-поздорову отпускать. В конце концов, всего на день раньше.
В итоге прилетела, съела суп-гуляш (еще нужно непременно паприкаш и горошек мозговой, на этом мои познания относительно венгерский кухни оканчиваются ), дождалась отважных мотопутешественников и уснула. Трехчасовой сон и треволнения последних суток дали о себе знать. А теперь я снова их жду, и идем веселиться! В конце концов, слоган нашего путешествия - чревоугодие и пьянство. Все, как я люблю.
И да, окраины Будапешта вполне себе социалисические. Куцые панельки, тралики, икарусы с гармошкой. Да-да, мне бы лучше восхищаться самобытностью и живописной легкой разрухой архитектуры Будапешта центрального, но, ей-богу, ехала я за зданием парламента и совдепией. Всегда хотела побывать в совлагере! Это что, такая извращенная форма патриотизма, что ли?
Завтра у венгров, как у всех нормальных людей, первомай и четыре выходных впереди, и они бухают. А бухают венгры со вкусом. В центре тянутся кварталы пабов, пабы, пабы, пабы. Из открытых дверей несутся музыки, рядом толпы курящих. Внутри курить не принято. И толпы подвыпивших мигрантов из паба в паб. Говорят, тут веселье и в будни. Единственная засада - мало где принимают карточки. Впрочем, сейчас час ночи, а толпа уже потихоньку рассасывается.
А сами венгры те еще цыгане. Чернявые такие и говорят непонятно, знакомые слова искать в их речи бесполезно. Мои друзья от меня сбежали, нашла новых и еще новых, с ними и напьюсь. Мне очень нравится, что ко мне походят люди, заговаривают. И я могу подойти к любому, спросить что-то, улыбнуться - и вот мы уже приятели. Наверное, придут времена, когда меня перестанут воспринимать не всерьез, мне будет тридцать или тридцать пять, и я буду важной, и никто не захочет со мной просто так вот поболтать на улице, а потом выпить и потанцевать. Впрочем, тогда я об этом и подумаю. Сказали, что я похожа на венгерку. Непосредственность южан и простота совлагеря.
1 мая, день второй, Будапешт
Венгры, вроде бы, нормальные люди без лишней навязчивой приветливости и без угрюмости, но мне они не нравятся. Не слишком красивые, не очень ухоженные. Юноши любят забривать виски или всю голову по кругу, оставляя волосы только на макушке. Цыгане, чо.
Сегодня я сделала гастрономическую программу максимум - горошек мозговой и паприкаш. Паприкаш оказался большим блином, сложенным пополам подобно чебуреку, внутри которого кусочки мяса с каким-то соусом. А я думала, это что-то овощное, из перчиков. Вкусно, но весьма питательно, справиться в один присест невозможно - много. Пили местную водку - палинку. Она, оказывается, с разными вкусами бывает: вишневым, виноградным, еще каким-то. Почему только русская водка не обладает никаким выраженным вкусом, кроме спиртного? Это же фу.
Объелись, напились и пошли на первомай - у них сегодня формула один, авиашоу, регата. Везде опоздали, протопали двенадцать километров в надежде попасть на концерт Кустурицы - оказалось, что пришли рано. Поехали в загородный парк, тут аттракционы, разнообразный уличный общепит и тоже концерт. Был венгерский школьный рок, венгерский рэп, а теперь, вот венгерский Animal Sound System. Со сцены блондинка поет елейным и капризным голосом под танцевальный бит, гитару и синтезатор. Модно, современно, энергически. Миха бы оценил. А мне, вот, не очень. Лучше бы пошли на Кустурицу. А еще сегодня холодно. Стою у жаровни греюсь. Они раскатывают тесто, режут на полоски и оборачивают спиралькой его вокруг специального деревянного валика с вертелом внутри, потом жарят и посыпают сахарной пудрой, сухарями и кунжутом. Купить для приличия такой печеный цилиндр я не могу: можно расплатиться евро, но сдачу все равно дадут в местных тугриках. Что мне с ними делать? Завтра уже едем в Загреб. Еще они режут картошку спиралькой и продают эти спиралевидные чипсы прямо на палочке.
Прошвырнулись вечером по городу, заехали на гору с цитаделью, оттуда видна дивная панорама. Потом поехали смотреть на здание парламента. Я так и знала, что в жизни оно прекраснее, чем на открытках. На открытках оно смотрится пошловато, в жизни - чудесно! Но ровно в час Будапешт переключается на режим энергосбережения, подсветку достопримечательностей выключают. На здании парламента осталась одна нитка лампочек. А я так хотела его порассматривать подольше! Я ведь за ним-то и ехала. Как еще венгры умудрились устроить сегодня авиашоу, если настолько бедны?
Поехали смотреть на него вблизи. Удивительный, все же, город Будапешт. Цыгане цыганами, а архитектура у венгров стопроцентно европейская. Красиво. Набережные Дуная и легкий флер разрушения делает город похожим на Петербург. Когда-то, когда я еще не бывала за границей, мне казался Питер самым красвым городом на земле. Теперь мне достоверно известно, что чудесных городов в мире не счесть, куда бы я ни приезжала, везде ждет что-то прекрасное и удивительное. Но Будапешт - особая история. Он как женщина с загадкой, что так привлекает мужчин. У него такой богатый и совершенно европейский бэкграунд, славное прошлое сильной и крупной европейской империи, он был основан свирепыми и дикими гуннами, пережил королей и революцию, пережил войну, бомбежки, советскую оккупацию, теперь в его живописных псевдоготических стенах гнездится мадьярская цыганщина. Как все это уживается вместе? Наверное, столь же удивителен и загадочен Петербург, где строгие английские набережные соседствуют с развалюхами Грибанала, по которым клубятся одновременно высокохудожественные и развязные петербуржцы. В Петербург можно ездить бесконечно, душа там отдыхает и трудится одновременно. Нет, Будапешт меня не пленил, не заставил сердце биться, но вернуться сюда мне когда-нибудь придется. Эту загадку надо разгадать.
Комментариев нет:
Отправить комментарий